Получено 26 октября 2003 г. Дня два тому назад редакции попалось в руки письмо Митрополита Филарета чуть ли не 30-тилетней давности. Но оно особенно актуально сегодня, когда руководство РПЦз(Л) всеми правдами и неправдами стремится к диалогу с, по выражению М. Филарета, "облачившимися в рясы и клобуки служителями КГБ".

Оглавление

----------------------------------------------------------------------------------------
При перепечатке, ссылка на http://www.russia-talk.com/ ОБЯЗАТЕЛЬНА
----------------------------------------------------------------------------------------

ПИСЬМО МИТРОПОЛИТА ФИЛАРЕТА[1]

Его Преосвященству Митрополиту Иринею[2]

Ваше Высокопреосвященство!

Наша газетная переписка пришла в тупик и нет смысла её продолжать. Но на Ваше последнее письмо я считаю нужным ответить.

Апеллируя к моей совести, Вы приводите выдержку из своего предыдущего письма и спрашиваете: где я вижу в ней «заострённую полемичность»? В этой выдержке -- не вижу. Но Вы ведь не всё своё письмо привели, Ваше Высокопреосвященство. В нём есть совсем другие мысли и выражения.

Упорно обходя главный разделяющий нас вопрос, Вы настойчиво призываете к молитвенному общению. Что и говорить -- великою радостию было бы возобновление такого общения. Но начинать с него можно тогда, когда имеются несогласия личного характера. В этом случае дело ясно и просто: мир -- и будем служить и молиться вместе. Но при разногласиях принципиального характера, согласно словам Св. Церкви -- «возлюбим друг друга, да единомыслием исповемы» -- необходимо предварительное достижение такого единомыслия. И только тогда, когда оно достигнуто, радость такого достижения увенчивается совместною молитвою.

Вспомните историческое совещание иерархов -- митр. Евлогия, митр. Феофила, митр. Анастасия и еписк. Димитрия, которое состоялось для обсуждения вопросов, касавшихся именно церковных разделений -- как в настоящем случае. Тогда совещавшиеся иерархи не начали, а окончили своё совещание совместным служением.

И вообще, в истории Церкви совместного служения без единомыслия не бывало. Это -- чисто экуменическое изобретение наших дней. «Лю­бовь», понимаемая по экуменическому мудрованию, широко открывает всем и вся свои «любящие объятия», но эти объятия готовы насмерть задушить истинное Православие, похоронив его в груде неправославных мудрований. Ведь не напрасно Апостол любви говорит о том, что чело­века, неправо говорящего об истине, не следует принимать в дом, ни даже приветствовать, ибо приветствующий его участвует в злых делах его...

Главный вопрос, разделяющий нас, -- вопрос о советской иерархии. Зарубежная Церковь признает её законным и действительным возглавлением страдающей Церкви Российской только тогда, когда она со всею решительностью отвергнет позорную и страшную декларацию митропо­лита Сергия[3], сойдет со своего пагубного пути и станет на путь церков­ной Правды, открыто и бесстрашно её защищая. Позорное пятно должно быть смыто. А пока этого нет, она находится под «омофором» богоборческой власти, не смея без её «благословления» ступить ни одного шага, особенно в своих действиях за границей. Ведь это и ребёнку ясно!

Здесь я прерываю своё письмо, чтобы привести дословно то, что сказал по данному вопросу Владыка Архиепископ Андрей Рокландский[4], который долгое время совершал своё пастырское служение в Советской России и хорошо знает все кошмары советской действительности.

Владыка сказал следующее:

«Вспоминается мне один случай из жизни Блаженной Ксении Петербургской. Она была особенно популярна в купеческом мире. Купцы замечали, что каждое посещение Блаженной приносило им удачу в торговле.

Однажды в одном торговом месте купцам удалось раздобыть из богатого имения несколько различных сортов самого лучшего меда. Был мёд и липовый, и из гречихи, и ещё из других цветов и растений. Каж­дый имел свой особый вкус и благоухание. А когда купцы все эти сорта мёда смешали в одной бочке, получилось такое благоухание и такой вкус, о котором и мечтать нельзя было. Покупатели брали этот мёд нарасхват, не жалея никаких денег. И вдруг появилась Блаженная Ксения. «Не берите, не берите! -- закричала она. -- Этот мёд нельзя есть: он дохля­тиной пахнет». -- «Да ты, матушка, с ума сошла! Не мешай нам! Видишь, какая прибыль пошла... Да как ты докажешь, что этот мёд нельзя есть?..» -- «А вот и докажу!» -- крикнула Блаженная, изо всех сил навалилась на бочку и... опрокинула её. Пока мёд тёк на мостовую, люди тесно обсту­пили бочку, но когда весь мёд вытек, все закричали от ужаса и отвращения: на дне бочки лежала огромная дохлая крыса. Даже те, кто за доро­гую цену купили этот мёд и уносили его в банках, побросали их».

«Почему мне вспомнился этот случай и я привожу его? -- продолжает Владыка Андрей. -- Отвечу охотно. На днях один американец, интере­сующийся Православием и побывавший почти во всех православных церквах и в Советском Союзе, и здесь, в Америке, спросил меня: отчего я и целая группа русских православных людей не участвуют в приеме Патриаршей делегации и вообще как бы чуждаются всего, что связано с церковной жизнью в Советском Союзе, и даже здесь, в Америке, уклоняются от тех православных групп, которые так или иначе связаны с Патриархией. В чём дело? Разве догматы не те, или таинства другие, или богослужение иное? Я подумал и ответил: «Нет, дело не в этом. И вера та же, и богослужения те же. Православная вера благоухает как хороший мёд. Но если этот мёд вы сольете в бочку, на дне которой окажется дохлая крыса, захотите ли Вы отведать этого мёда?» -- Он с ужасом посмотрел на меня: «Ну, конечно, нет!» -- «Вот так и мы, -- ответил я ему, -- чуждаемся всего того, что связано с коммунизмом. Коммунизм для нас то же, что дохлая крыса на дне бочки. И если бы Вы наполнили эту бочку до самых краев самым лучшим, самым ароматным мёдом... -- нет, мы не захотим этого мёда. Мёд сам по себе прекрасен, но в него попал трупный яд и смрад». Мой собеседник молча кивнул головой. Он понял. А Вы?...

-- Образно и убедительно!..»

В заключение своего письма я в свою очередь спрашиваю Ваше Высокопреосвященство: неужели Вы по архиерейской совести считаете облачившихся в рясы и клобуки служителей КГБ -- истинными духовными руководителями и возглавителями многострадальной Русской Церкви? Неужели Вы не видите, что на дне той quasi-церковной советской организации, с которой Вы связали себя, лежит дохлая крыса коммунизма?

Или Вы предпочитаете закрыть глаза и заткнуть уши, чтобы не видеть и не слышать, и отмахнуться от неприглядной действительности?...

Конечно, если это так, то всякие дальнейшие переговоры о соединении излишни и о совместном служении не может быть и речи.

+ Митрополит Филарет

-------------------------------------------

Ссылки

1. Митрополит Филарет (1903 -- 1985), в миру Георгий Николаевич Вознесенский, Первоиерарх Русской Православной Церкви Заграницей (1964 -- 1985). Данное письмо датируется 1975 годом.

2. Митрополит Ириней (1892 -- 1981), глава Американской православной церкви (1965 -- 1977), получившей автокефалию от Московской патриархии в 1970 г.

3. Декларация Митрополита Сергия (Страгородского) от 1927 года, признающая богоборческую советскую власть единственно легитимной властью на территории бывшей Российской Империи, призывала мирян, клириков и иерархов к лояльному отношению к этой власти.

4. Архиепископ Рокландский Андрей (Рымаренко) -- выдающийся церковный деятель РПЦЗ и автор замечательных книг по Православию.

В начало

---------------------------------------

  Rambler's Top100  TopList