Получено 3 января 2002 г. Для удобства читателя в авторский текст редакция добавила ссылки на относящиеся к предмету обсуждения документы и/или события. Комментарии редакции -- в конце.

Оглавление

-----------------------------------------------

СМУТА

Раскол в РПЦЗ принял необратимый характер. Митрополит Виталий обратился с посланием к своей верной пастве, в котором объявил, что "отступники во главе с архиепископом Лавром" находятся вне ограды Церкви. Нью-йоркский Синод ответил на это собственным посланием "Призыв к миру и единомыслию". Это послание было бы правильнее назвать призывом к безоговорочному послушанию. Оно было опубликовано без подписей на интернет-сайте Синода. В послании мансонвилльская церковная организация объявлена не каноничной.

В то же время авторы послания питают надежду, что вл. Виталий освободится от "влияния раскольников" и вернется в лоно Зарубежной церкви. Синод еще раз заявил, что курс РПЦЗ остался неизменным, хотя и поменялось отношение к Церкви на Родине. Там Синод заметил духовное возрождение, которое "поднимается в ряды духовенства и постепенно проникает в епископат". Синод намерен "терпеливо ждать дальнейшего духовного оздоровления Московской Патриархии".

Беда синодальных архиереев нового поколения в том, что за духовное возрождение России они приняли не столько искренний приход многих русских людей к вере, сколько "золочение куполов" и заигрывание нынешней российской власти с церковью.

Так в свое время многие бывшие белые офицеры, жившие в эмиграции, увидав золотые погоны на форме советских офицеров и узнав, что Сталин позволил открыть церкви и избрать Патриарха, решили, что коммунистический режим переродился и бросились за паспортами в советские загранпредставительства. Нынешние зарубежные архиереи к возвращению на историческую родину, естественно, не стремятся. Они жаждут признания «вселенского православия», утеряв то духовное чутье, которое было у их предшественников. Чего, собственно, синодальные архиереи намерены терпеливо ждать от МП? Патриарх Алексий достаточно ясно высказался, что ни сергианство, ни экуменизм его не беспокоят, и каяться он в них не собирается. Не намерен это делать и его епископат.

Зарубежная Церковь на территории России все еще продолжает быть гонимой, если не прямо, то косвенно. Лишь у еп. Евтихия Ишимского нет никаких проблем с властями. Мэр Москвы Лужков неоднократно говорил, что не позволит открыть в столице ни одного храма зарубежников. Несколько лет назад один из архиерейских соборов РПЦЗ постановил, что необходимо приобрести в Москве здание для подворья и церкви. Долго это решение не исполнялось, и вдруг мы исподволь узнаем, что под Москвой все же строится некий особняк РПЦЗ с небольшой домовой церковью. Но строится он в престижном дачном районе, где отдыхает российская элита. Без одобрения властей высшей инстанции в тех местах нельзя построить даже сарая. Для кого же возводится этот особняк? Для прихожан РПЦЗ, которым негде молиться, или для великосветских приемов, начало которым в отношении РПЦЗ было положено в Вашингтоне президентом Путиным? Почему об этом нигде ничего не пишется? Вместо этого журнал "Православная жизнь" помещает пространное описание паломничества м. Лавра на русский Север и его фотографию с ежиком… Москва в этом повествовании упоминается одним предложением в качестве пункта отправления.

Эта маленькая деталь говорит о многом. Недоверию к Синоду способствуют и те недомолвки, а иногда и прямые искажения истины, которые встречаются в синодальных посланиях. Возьмем хотя бы последнее. Как можно писать об уважительном и любовном отношении к митрополиту, когда выгоняют его секретаря, отключают телефон и факс и приставляют к нему охрану? К этому времени за спиной митрополита уже собирались материалы для его психиатрической экспертизы и судов. Еще во время работы Собора Михаил Донсков (епископ Канадской епархии, анафематствованный м. Виталием) нагрянул в Свято-Преображенский с объемной пачкой документов, которые за несколько дней собрать было просто невозможно. Может быть, внешне по отношению к вл. Виталию в Синоде все было так, как описывают авторы синодальных публикаций - уважение и любовь. Но за ними скрывалось лукавство.

Можно ли верить другим официальным заявлениям Синода?

В эмиграции нечто подобное уже происходило. Когда во второй половине 60-х годов о. Александр Шмеман и о. Иоанн Мейендорф, представители другой эмигрантской церковной группировки - Американской Митрополии, тайно встречались с представителями патриарха Алексия Первого, руководство Американской Митрополии официально опровергло слухи о каких-либо переговорах с МП. А чуть позже было объявлено, что Митрополия признала МП и получила от нее автокефалию. Так образовалась нынешняя Православная церковь в Америке. Тогда это известие прозвучало для многих, как гром среди ясного неба и вызвало церковную смуту. Некоторые приходы Митрополии перешли в РПЦЗ.

Но вернемся к синодальному посланию. Откуда в Синоде так уверены, что м. Виталий только подписывает подготовленные для него тексты? Или именно так было с его прошением об уходе на покой? Мне не ведомо, кто именно составлял тексты предыдущих документов, но хочу разочаровать обвинителей вл. Виталия хотя бы в отношении последнего его послания. Митрополит сам попросил бумагу и ручку, сам составил текст, а когда ему представили готовый отпечатанный вариант, сам же его еще исправил и дополнил. Ожидалось его послание с благодарностью ко всем верным за поддержку, а получился жесткий текст по отношению к Синоду м. Лавра, и это было для всех полной неожиданностью. Черновик с собственноручными правками вл. Виталия в его канцелярии имеется.

Митрополит Виталий прекрасно отдает себе отчет в том, кто его гонители и мучители. Собственно, все, что с ним произошло, можно назвать пыткой. По определению Конвенции ООН 1984 года, пытка - это "любое действие, которым какому-либо лицу умышленно причиняется сильная боль или страдание, физическое или нравственное, чтобы … наказать его за действие, которое совершило оно или третье лицо или в совершении которого оно подозревается… О пытке может идти речь лишь в том случае, если "такая боль или страдание причиняются государственным должностным лицом или иным лицом, выступающим в официальном качестве, или по их подстрекательству, или с их ведома или молчаливого согласия".

Все это мы наблюдали в Мансонвилле. По свидетельству о. Павла Ивашевича, Синод о плане Михаила ничего не знал. Именно о. Павлу и его брату, о. Александру Ивашевичу, было поручено поехать к митрополиту и уговорить его приехать в Нью-Йорк. Не только никаких насильственных действий, но даже и присутствия Михаила Донскова не предполагалось. По словам о. Павла, все случившееся было для него полным шоком, чем он и объясняет свою растерянность.

Допустим, синодальные архиереи ни о чем не ведали, но почему же тогда никто из них не только не извинился, но даже не позвонил в скит, чтобы справиться о самочувствии митрополита? Телефон, между прочим, в скиту не отключен, как это было во время изоляции м. Виталия в Синоде.

До сих пор лишь один иерей А. Ивашевич, бывший келейник вл. Виталия, приехал в скит от себя лично, и, несмотря на оказанный ему первоначально неласковый прием, все же добился встречи с митрополитом, чтобы попросить у него прощение и благословение. Поэтому трудно верится в синодальное заявление, что м. Лавр старается встретиться с м. Виталием, но что окружение вл. Виталия будто бы этому препятствует. Не окружение препятствует встрече, а продолжающиеся суды Михаила Донскова от имени Синода против своего бывшего Первоиерерха. Синод, нарушивший каноны православной церкви тем, что обратился в светский суд с исками против своего собрата, должен знать, что во время судебных тяжб все переговоры идут через адвокатов.

Все произошедшее вызвало у вл. Виталия большое нервное напряжение. Он никак не может смириться с тем, что он, гражданин свободной страны, не совершавший никаких преступлений, мог быть подвергнут такому унижению и до сих пор лишен права видеть, кого он хочет. В течение 11 лет его секретарь Л. Роснянская ухаживала за ним, и знает все тонкости этого ухода, как никто другой. Лишить привычной рутины человека, которому идет 92 год – это негуманно.

О том, что вл. Виталий эмоционально страдает, главе нью-йоркского Синода м. Лавру лично говорили люди, которые к нему ездили. Они же в качестве первого шага к началу диалога предлагали прекратить все суды. Ответа на это предложение все нет. Пока диалог идет через адвокатов, никаких личных переговоров быть не может.

Митрополит Виталий духом остается тверд, но если он все же не выдержит стресса, и с ним что-нибудь случится, по меньшей мере три человека будут жить с этим до конца дней своих: это Михаил Донсков, секретарь Синода еп. Гавриил и м. Лавр.

Евгений Соколов
Монреаль, Канада
3 января 2002 г.

Вернуться к началу

От редакции. Упоминаемое в начале заметки синодальное послание "Призыв к миру и единомыслию" было прислано редакции из Южной Америки недели за две до его появления на синодальном узле. Рассылал его еп. Александр по приходам своей епархии за своей подписью. Позже оно появилось в укороченном виде на синодальном узле -- сначала без подписи, а потом с подписями м. Лавра, арх. Алипия, арх. Марка и епп. Кирилла и Гавриила. Подписи настоящего автора почему-то не было. Следует сказать, что в подлиннике еп. Александра было этакое поэтическое вступление -- он привёл слова своего профессора по физике.

Белые офицеры, ехавшие "на родину" после 2-й мировой войны, хорошо показаны в фильме "Восток/Запад". В 1945-46 гг. во Франции русские эмигранты организовали "Общество советских патриотов", получали советские паспорта и ехали "на родину". По приезде туда, понятно, их без пересадки отправляли в Гулаг. Всё это ведущий узла "Мысли из России", которого "совпатриоты" величали "изменником родины", видел своими глазами в те годы.

Редакция также кое-что слышала об упоминаемом в статье "особняке", строящемся, якобы, в 70 км от Москвы. О строительстве этом никто толком не знает. В редакцию было сообщено, что строится трёхэтажное здание общей площадью около 800 кв. м. (т.е. более 8.000 кв. футов). Но точных сведений об этом строительстве нигде нет.

И, наконец, при всём своём уважении к автору данной заметки, редакция не согласна с его заключением о том, что "по меньшей мере три человека будут жить с этим до конца дней своих: это Михаил Донсков, секретарь Синода еп. Гавриил и м. Лавр". Редакция считает, что весь епископат, принявший участие -- активное или безмолвное -- в травле своего Первоиерарха, несёт одинаковую ответственность. Как когда-то метко заметил протоиерей Виктор Потапов, "Молчанием предаётся Бог". Кроме этого можно назвать немало "рядовых" священников РПЦЗ, тоже бросивших камень в своё священноначалие (зачастую тех самых, которые с пеной у рта внушают пастве о "послушании").

----------------------------------------------------

  Rambler's Top100  TopList